Космическое будущее человечества.

Журналист Владимир Петровский встретился с ветераном фантастической живописи Геннадием Тищенко, выставка картин которого проходит в Звёздном городке.

Владимир Петровский: Скажите, ваша выставка посвящена какой-то дате?

Геннадий Тищенко: Увы, сейчас многие забыли, что 17 сентября – день рождения Циолковского, а многие из моих работ навеяны именно чтением произведений Константина Эдуардовича, в которых он красочно описал картины жизни во Вселенной. Кроме того, полвека назад прошла первая выставки моих фантастических работ в школе №6 города Баку, где я был одним из создателей школьного музея космонавтики. Именно, оформляя школьный музей, я начал серьёзно заниматься космической живописью. Впрочем, космической темой я заинтересовался раньше, ведь моё детство совпало с началом космической эры, когда каждый второй мой сверстник мечтал быть космонавтом.

В. П.: Мечтали многие, но не все сохранили такую верность космической теме…

Г. Т.: Видимо, сказалось, то, что в 1970 г., я завоевал Главную Премию Международного конкурса художников-фантастов «Мир завтрашнего дня». Этот конкурс был организован журналом «Техника Молодёжи» и научно-популярными журналами социалистических стран. Надо особо подчеркнуть, что научно-популярные журналы в те годы выходили огромными тиражами. «Техника Молодёжи», к примеру, в лучшие годы имела тираж два миллиона!

В. П.: Значит, когда вы получили Главную премию, о вас сразу узнали миллионы?

Г. Т.: Получается так. На конкурс было прислано около 2 000 картин и рисунков из стран социалистического содружества. Мне тогда было всего 21 год и такое признание, естественно, вдохновляло на новые свершения. Благодаря Премии я перевёлся из Азербайджанского института нефти и химии на архитектурный факультет Инженерно-строительного института. Всё свободное время я продолжал заниматься живописью.

В. П.: Вы художник-самоучка?

Г. Т.: Даже не знаю, как ответить… После школы я два года учился на курсах художников-мультипликаторов, затем несколько лет изучал рисунок и графику, в архитектурном, но в основном рисунку и живописи я учился по книгам, поскольку в школьные годы занимался не в изостудии, а в астрономическом кружке…

В. П.: На выставке, я увидел эскизы к вашим фильмам и мультфильмам. Как вы стали художником кино и кинорежиссёром?

Г. Т.: В апреле 1976 г. одну из моих выставок, посвящённых 15-летию полёта Гагарина, увидел мэтр Азербайджанского кино Алисаттар Атакишиев. Сам он, в прошлом художник, был знаком с Маяковским, художниками-авангардистами, долгое время учился и работал в Москве. Он пригласил меня работать в свой фильм «Гариб в стране джинов». Потом я работал ещё в десяти художественных фильмах, тогда и появилась мечта самому стать режиссёром…

В. П.: Вы сказали: «одну из выставок». У вас одновременно проходило несколько выставок?

Г. Т.: Так уж получилось. Уже тогда у меня накопилось более полутысячи работ на космическую тему.

В. П.: Ну, понятное дело, тогда вас вдохновляли радужные перспективы дальнейшего освоения Вселенной. А сейчас, когда космонавтика не столь популярна, как в те годы, что вдохновляет вас сейчас?..

Г. Т.: В том то и дело, что сейчас как никогда ранее наша космонавтика нуждается в популяризации. Как говорил Остап Бендер: «спасение утопающих – дело рук самих утопающих». Сейчас многие в нашей стране начинают понимать, что пора самим, не надеясь на чиновников, браться за восстановление России. А оно невозможно без возрождения космонавтики, которая стимулирует развитие самых разных отраслей науки и техники. И дело не только в том, что без космических систем не может быть надёжной обороны России. Так уж исторически, да и географически, сложилось, что русские по сути своей первопроходцы. Посему и столь необъятны просторы нашей родины. Посему и стоят наши православные храмы на Валааме и в Крыму, в Калифорнии и на Аляске. Именно поэтому российские мореходы открыли Берингов пролив и Антарктиду, освоили Северный морской путь…

Д. Я.: Ну, одно дело – Земля… А в космос то нам зачем?

Г. Т.: Именно так называется мой последний фильм: «Зачем нам нужен этот космос?!» Есть такое понятие — Русский Космизм. Его основоположник — православный философ Николай Фёдоров, незаконный сын князя Гагарина, получивший неплохое, по тем временам, образование. Мистика какая-то, не правда ли? С православного философа Фёдорова-Гагарина начался русский космизм, и Юрий Гагарин первым полетел в космос. Только в наши дни, когда стали доступны труды Фёдорова, стало понятно, что без знакомства с этим праведником, который, едва «сводя концы с концами», брал «на пансион» своих учеников, Циолковский не стал бы тем, кем он стал. Толстой, Достоевский и другие деятели культуры считали честью для себя быть знакомыми с Николаем Фёдоровым. Вот, что писал о Фёдорове искусствовед Аким Волынский (Геннадий Иванович берёт записную книжку и читает): «Фёдоров — единственное, необъяснимое и ни с чем не сравнимое явление в умственной жизни человечества. Рождением и жизнью Фёдорова оправдано тысячелетнее существование России. Теперь ни у кого на земном шаре не повернется язык упрекнуть нас, что мы не бросили векам ни мысли плодовитой, ни гением начатого труда…».

В. П.: Неужели столь велика роль Фёдорова в нашей истории?

Г. Т.: Я уверен, что, во многом именно, благодаря ему, и, конечно же, его ученику Циолковскому, первый искусственный спутник Земли – наш. Увы, мало кто из сегодняшних молодых людей знает, что не только первый полёт человека в космос – наш. Нам есть чем гордиться: первые снимки обратной стороны Луны – наши, первая мягкая посадка на Луну – наша, первый выход человека в открытый космос – наш, первая мягкая посадка на Венеру — наша. Перечислять всё то, в чём россияне были первыми можно долго. Но факт остаётся фактом — Россия первой начала осваивать Космос. И это – неоспоримо!

Д. Я.: Пословица гласит: «один в поле не воин». Нынешняя молодёжь совсем охладела к космонавтике, не являетесь ли вы «гласом, вопиющим в пустыне»?

Г. Т.: Ой, не скажите! Недавно группа энтузиастов объединилась в РМО, то есть в «Российское Межпланетное Общество». Большая часть этого общества – молодёжь! И я горжусь тем, что, несмотря на мой возраст, я тоже член этого общества. Среди нас есть не только инженеры, биологи, конструкторы и медики, но и художники. У нас есть уже серьёзные проекты, но на первых порах мы пропагандируем былые достижения СССР и рассказываем о том «Зачем нам нужен этот космос». Стоит напомнить слова Ленина: «идеи становятся силой, когда они овладевают массами!» Можно спорить о роли Ленина в нашей истории, но то, что она была велика, никак нельзя отрицать.

В. П.: Упоминание о Ленине для многих, особенно верующих, как красная тряпка для быка…

Г. Т.: Да, наломал дров он, конечно, немало, нельзя так относиться к деятелям церкви и памятникам культуры, но ведь были периоды, когда и деятели церкви были не менее жестоки. Вспомните крестовые походы, костры инквизиции, или борьбу со староверами… Станислав Ежи Лец писал: «у слепой веры – злые глаза». Меня настораживает рост религиозного фанатизма в 21 веке. Мало разделения людей по социальным, расовым и национальным признакам, так теперь ещё и разделение по конфессиональной принадлежности. Я с уважением отношусь к православным верующим, но нельзя забывать, что в нашей стране живут не только христиане, но и мусульмане, и иудеи, и буддисты… Некоторые Тайны Природы никогда не будут познаны. Родители меня крестили, и во времена Советской власти я носил крести. Как вы понимаете в те времена это, мягко говоря, не поощрялось. Но я очень не люблю, когда мне что-то навязывают. Поэтому я и не вступал в Коммунистическую партию, хотя это отрицательно сказывалось на карьере. Я достаточно рано понял, что любые знания относительны и верны лишь в определённых пределах. При этом я считаю, что в наше время всеобщей деидеологизации и падения нравов, религия играет положительную роль. Однако никогда нельзя впадать в крайности. Наш замечательный учёный, мыслитель и писатель-фантаст Иван Ефремов говорил: «В любом деле главное – чувство меры!»

В. П.: Вы атеист?

Г. Т.: Я же сказал, что есть вопросы, на которые наука никогда не даст ответа. Я считаю, что спор между верующими и атеистами бесконечен. К примеру, Циолковский, которого в советские времена относили к «стихийным материалистам», написал философскую работу «Причина космоса» и многие другие подобные труды. В своих работах слово «Бог» он заменял понятием «Воля Вселенной».

В. П.: Судя по всему, вы неплохо знаете труды Циолковского?

Г. Т.: В сентябре 1957 года, когда мне было 9 лет, в нашей стране широко праздновалось столетие Циолковского. А 4 октября был запущен Первый Спутник. Ликование, которым была охвачена страна, трудно передать. На прилавках магазинов появились десятки, если не сотни книг о космосе, о перспективах освоения Вселенной, о самом Циолковском, и, конечно же, массово печатались его труды. Это были и совсем дешёвые брошюры в бумажных обложках, и солидные сборники его научных и научно-фантастических произведений. Я с жадностью читал его работы «На Луне», «На Весте», «Грёзы о Земле и Небе», «Вне Земли» и другие. А ведь то, что запоминается в детстве остаётся на всю жизнь. Кстати, уже тогда я пытался нарисовать то, о чём читал…

В. П.: Неужели это было интереснее, чем, скажем, погонять мяч со сверстниками?!

Г. Т.: Детство у меня было не совсем обычное. В возрасте трёх лет я заболел костным туберкулёзом и примерно четыре года лежал в гипсе. Ходить я научился к восьми годам, и лишь в 12 лет расстался с лечебным гипсовым корсетом. Телевизоры в то время были редкостью, Интернета и компьютерных игр, вовсе не было, поэтому мне не оставалось ничего иного кроме, как читать.

В. П.: В психологии есть такое понятие «полная сенсорная депривация». То есть при изоляции от внешних зрительных, звуковых и прочих раздражителей начинаются галлюцинации. Это бывало и у космонавтов в сурдокамерах. У многих испытуемых открывались самые разнообразные таланты. Кто-то начинал рисовать, кто-то — писать стихи… Может быть, ваша изоляция от сверстников пробудила в вас такой интерес к космосу и фантастике?

Г. Т.: Не исключено. Кстати, многие объясняют достижения Циолковского его глухотой, и невозможностью нормально общаться с окружающими. Он вообще был своеобразным человеком. Мне запомнилась книга о Константине Эдуардовиче писателя Давида Дара. Она называется «Баллада о человеке и его крыльях». В частности, меня поразил эпизод из жизни молодого Циолковского, описанный в этой книге. Оказывается, когда юный Константин жил, а точнее говоря, выживал в Москве, у него начался роман с девушкой из достаточно зажиточной семьи. Надо отметить, что в молодости Циолковский был весьма привлекателен и выбор девушки вполне объясним. Однако в то время Костя уже погрузился в самообразование и стоял перед выбором: либо броситься в омут любви, и затем жить стандартной семейной жизнью, со всеми вытекающими последствиями, либо полностью посвятить себя науке. Придя на свидание, Костя долго прятался за деревом, наблюдая за тем, как девушка терпеливо ждала его. Из-за дерева Костя так и не вышел. Выбрал науку. Вот таким максималистом он был.

В. П.: Вы считаете, это нормальным?

Г. Т.: Так он вообще был ненормальным с точки зрения обывателей. Расскажу нечто вроде анекдота, который вполне мог произойти и в реальной жизни. Константин Эдуардович в обыденной жизни был весьма чудаковат, кроме того он без лишних политесов говорил всем всё, что думает, поэтому у него было много недоброжелателей. Короче, кто-то написал на Циолковского донос и его вызвали на Лубянку. Побеседовав с ним, чекисты поняли, что перед ними совершенно искренний и очень наивный человек. И отпустили его. Придя на вокзал, Константин Эдуардович обнаружил, что последний поезд на Калугу ушёл и… вернулся на Лубянку. Это был единственный случай, когда человек сам, добровольно, вернулся на Лубянку.

В. П.: Неужели Циолковский был столь далёк от реальной жизни?!

Г. Т.: Наивность наивностью, но некоторые свои размышления Константин Эдуардович, понимая, в какой стране он живёт, так и не опубликовал. Лишь незадолго до смерти, в частной беседе со своим учеником Александром Леонидовичем Чижевским, он рассказал о так называемом «Лучистом Человечестве». По мнению Константина Эдуардовича, в процессе развития Разум во Вселенной, на высших ступенях автоэволюции, приобретает невещественную форму, то есть становится «полевой субстанцией», которую нельзя увидеть, потрогать и так далее…

В. П.: А Гегель, к примеру, писал о «Мировом духе». Ведь от «Лучистого человечества» Циолковского и до таких понятий, как Бог недалеко.

Г. Т.: В том то и дело! Хочу привести вам ещё цитату (Геннадий Иванович вновь листает записную книжку и продолжает): «Мысль Циолковского о том, что «Земля — колыбель человечества, но нельзя вечно жить в колыбели» вдохновлена идеями Фёдорова. Именно этот православный философ впервые заявил, что перед восстановленным человечеством лежит путь к освоению всего космического пространства, в котором человек играет важнейшую роль носителя Разума и является той силой, которая противостоит разрушению и тепловой смерти Вселенной».

В. П.: Перед восстановленным человечеством?

Г. Т.: Как христианин Фёдоров верил, что люди не только станут бессмертными, но и умершие воскреснут. Причём, потомки добьются этого при помощи достижений науки (полистав записную книжку, Геннадий Иванович находит очередной фрагмент и продолжает). Вот что писал Фёдоров: «В регуляции, в управлении силами слепой природы и заключается то великое дело, которое может и должно стать общим».

В. П.: Но если со временем все станут бессмертными, и даже умершие воскреснут, где же им жить?

Г. Т.: Вот-вот! Ответ один: в космосе! Мысли Фёдорова и Циолковского о человеке как существе сознательно-творческом, как агенте эволюции, ответственном за все живое, идея Земли как «общего дома» особенно важны в нашу, современную, эпоху. Именно поэтому, я создал большой цикл картин по произведениям Циолковского. Надеюсь, хоть у кого-то из детей, подростков и молодых людей, видевших мои картины и фильмы, появится интерес к работам Константина Эдуардовича. Часть этих картин хранится в Калуге, в «Музее истории космонавтики имени Циолковского», а картина «Переход в лучистое состояние» находится, среди прочих моих работ, в Государственном Мемориальном Музее Космонавтики, который возле ВДНХ. Надеюсь, публикация в вашем журнале репродукций с моих работ заставит кого-то оторваться от повседневной жизни и задуматься о бессмертии, как отдельных людей, так и всего космического Человечества!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *