Перечитывая Ефремова.

ЕСТЬ ЛИ ПРОРОКИ В СВОЁМ ОТЕЧЕСТВЕ?

Каков был в начале семидесятых годов «ход мысли» острожных цензоров и чиновников от культуры, когда они зарубали фантастику? Ведь с ней, этой фантастикой, «чего доброго, беды не оберёшься»!.. Кто её знает: вдруг за всеми этими мудрёными терминами и намёками, скрыто такое, что и с тёплого места слететь можно! Лучше уж перестраховаться «от греха».

 

Вон ведь какая глыбища покачнулась: сам Иван Ефремов! И не помогло ему даже то, что он учёный с мировым именем, доктор наук, профессор, лауреат Государственной Премии! А ведь романы, и рассказы Ивана Антоновича перевели к тому времени на десятки языков мира, поскольку его «утопии» оказывались куда действеннее книг основоположников марксизма-ленинизма, или «Краткого курса ВКП б».

Именно в те годы была опубликована, а затем запрещена самая скандальная книга Ивана Антоновича «Час быка». «И чего там было такого уж особенно крамольного?!» — недоумевали многие. — Ведь и светлое коммунистическое будущее автор воспевает, и пороки капитализма бичует!..» Однако если внимательно читать романы Ивана Антоновича, то даже в такой, казалось бы, совершенно аполитичной книге как «Таис Афинская» можно найти очень даже прозрачные намёки…

    «…  — Скажи мне, отец, спрашивает жреца Таис, — почему открыли мне тайные чертежи морей и  земель, но не сделали этого для Александра или того же Неарха?

     — Ты одна из нас, ты безвредна и  не  могущественна,  потому  что  не  стремишься  к власти. Еще не бывало, чтобы великий гений, полководец, владыка, какому бы народу он ни принадлежал; принес бы счастье людям! Чем более он велик, тем больше беды. Люди обычные повинуются  тысячелетним  законам,  выросшим  из здорового опыта поколений.  Они  связаны  необходимостью  жизни,  верой  и службой  богам  и  власти.  Великий  человек  ставит  себя  превыше  всего общечеловеческого,  разрушая  устои  бытия,  и  совершает  вечную  ошибку, сводящую на нет его деяния и низвергающую в бездну Тьмы.  Богоравные  люди только тогда приносят счастье, когда они не имеют власти: философы, врачи, поэты или художники…»

(Из романа И.А. Ефремова «Таис Афинская»)

Представляете?! Такое писать, в то время, когда отмечался вековой юбилей Вождя Мирового Пролетариата, деятельность которого весьма существенно преобразила мир! Ведь свой, последний роман Ефремов писал в годы подготовки и грандиозного празднования столетия Ленина. И при этом Профессор отдавал предпочтение эволюции, а не революции!..

 «… Великий  человек  ставит  себя  превыше  всего общечеловеческого,  разрушая  устои  бытия,  и  совершает  вечную  ошибку, сводящую на нет его деяния и низвергающую в бездну Тьмы»

 

Можно, конечно, подумать, что эти слова попали в роман об афинской гетере, так… случайно. Но почему-то Ефремов настойчиво варьирует эту мысль неоднократно, на протяжении всего романа. Вот, к примеру, что сообщает главной героине путешественник, прибывший из далёкого  Китая.

 

« … Окончательно расстроила Таис еще одна откровенность  путешественника.  Его побудила идти на запад  легенда  о  рае,  населенном  Драконами  Мудрости, находившемся где-то в центре Азии, в  кольце  высочайших  гор.  Он  прошел насквозь Центральную Азию, все ее каменистые  пустыни  и  явился  сюда,  в Месопотамию,  где  западные  предания  помещали  другой  рай  безоблачного счастья…

 Он доверительно сообщил ей, что  вместо  рая  и  Драконов Мудрости  он  встретил  приветливых,  добрых  людей,  живших  в   каменных постройках на  уступах  высочайших  гор,  в  истоках  самой  большой  реки Небесной страны — Голубой. Эти люди считали себя последователями  великого индийского мудреца, учившего  всегда  идти  срединным  путем  между  двумя крайностями, между добром и злом, между светом и тенью,  ибо  все  в  мире меняется со временем. То, что хорошо, становится плохим, и, наоборот,  зло оборачивается добром. Он хотел остаться учеником мудрецов, но они  послали его дальше на запад, туда, где ничего не знают о великих странах  Востока, но  появился  человек,  которому  под  силу  соединить  Восток  с  Западом вершинами мудрости того и другого. Ему надлежит  увидеть  этого  человека, великого полководца Александра, поведать ему о путях  и  странах,  лежащих дальше Крыши Мира, если он окажется столь мудрым  и  прозорливым,  как  об этом слышали последователи Среднего пути!.. »

 

(Из романа И.А. Ефремова «Таис Афинская»)

Итак, древний китаец идёт на запад, чтобы найти землю, населённую счастливыми людьми, и предостеречь самого Александра Македонского! Но главное: этот персонаж говорит о срединном пути, то есть о пути, которому Иван Антонович посвятил свой роман нашумевший за десяток лет до ленинского юбилея. Роман «Лезвие бритвы».

В творчестве Ефремова поражают, прежде всего, его страстная вера в великое и светлое будущее Человечества, и его желание предостеречь людей от ошибок на тернистом пути Прогресса.

Как писали исследователи творчества Ефремова Брандис и Дмитриевский «… заботит Ефремова в первую очередь сама мысль, а не одежда мысли, важнее ему, что сказать, а не как сказать…»

Увы, сегодня часто наблюдается обратная картина: в фантастических романах имеются и занимательность и мастерство, при отсутствии идей и мыслей, актуальных для нашего времени. Впрочем, законы рынка не в одной фантастике диктуют главное правило: выдавать больше «чтива».

Но ведь был ещё и Ефремов – автор рассказов «о необыкновенном». Они и сейчас остаются захватывающе интересными, а  их литературные достоинства отметил ещё Алексей Толстой, спросивший «молодого писателя» при встрече: «Рассказывайте, как вы стали писателем! Как вы успели выработать такой изящный и холодный стиль?».

«Молодому писателю» было тогда тридцать шесть лет, он являлся автором множества опубликованных научных работ и доктором биологических  наук. Фактически, к 1944 году Ефремов уже создал тафономию, отрасль науки на стыке палеонтологии и геологии, за создание которой он в пятидесятых годах получил Государственную Премию. Именно применение методов тафономии помогло Ефремову в геологических изысканиях и палеонтологических раскопках приобрести славу «фантастически везучего учёного».

Вот как сам Иван Антонович объяснял свою «удачливость в литературных предвидениях:

  «… Наиболее часто в интервью,  читательских письмах и  беседах  меня спрашивали,   каким   образом   проблемы  науки,  еще  находившиеся  в зачаточном состоянии,  нашли в рассказах  разгадки,  которые  в  общих чертах совпали с реальными решениями много лет спустя.

  Не обладаю ли я неким даром пророчества, точнее, предвидения?

  Мне думается,  что  такая  таинственная  способность,  во  всяком случае,  в  рассказах  о  необыкновенном,  отсутствует.  Кроме   полета воображения и интуиции,  координат для заглядывания в будущее нет. Как для воображения,  так и особенно для точной интуиции необходимо знание множества  сопредельных  фактов и явлений,  широкая энциклопедичность, воспитанная разносторонностью интересов,  помноженной на вместительную память.

  Энциклопедичность образования очень помогала мне в науке. Удалось подчас проявить загадочную для моих коллег интуицию в решении вопросов разного калибра.

  Та же интуиция помогла и в моих рассказах…»

 

(Из предисловия Ивана Ефремова к  своему собранию сочинений.)

А ведь есть ещё Ефремов — автор повестей «На краю Ойкумены» и «Звёздные корабли», художественно-документальной книги «Дорога ветров». В этих произведениях автора, кроме вопросов об  общечеловеческих ценностях, волнует романтика дальних странствий и поэзия научных открытий. В более позднем Ефремове преобладал мыслитель, жаждущий как можно большее число читателей обратить в свою веру. Веру в Человечество, побеждающее энтропию и инфернальные силы Мироздания.

История знает немало примеров, когда сбывались предсказания не великих пророков, или ясновидящих, а творческих натур, никак не подверженных мистическим переживаниям.

В 1898 году был опубликован роман Робертсона «Тщетность». Возможно, это произведение так бы и затерялось в книжных хранилищах, если бы драма, описанная в романе, не потрясла мир 14 лет спустя, когда, после столкновения с айсбергом затонул «Титаник». С реальной катастрофой совпадало  удивительно много: сходство названия корабля, описанного Робертсоном, его водоизмещение, скорость и даже количества винтов.

Удивительные предсказания происходили в истории и раньше. Великий Леонардо предвидел немало изобретений, а далёкий от астрономии Джонатан Свифт описал оба спутники Марса задолго до их открытия.

Менее известно поразительное предвидение, сделанное Эдгаром По. В одном из своих рассказов он описал кораблекрушение, в результате которого в живых остались лишь четыре человека. После долгих скитаний в шлюпке, трое из спасшихся убили и съели четвёртого страдальца. Много лет спустя всё описанное Эдгаром По произошло в действительности. Причём, опять таки, совпало абсолютно всё: название затонувшего корабля, имена и фамилии четверых спасшихся… Самое же поразительное – совпали имя и фамилия убитого и съеденного господина.

И всё же пальма первенства в жанре литературных провидений, конечно же, принадлежит писателям-фантастам.

«Его имя обросло всяческими легендами, — рассказывает сын писателя Алан Иванович Ефремов. – Кем только его не называли: от английского шпиона, до инопланетянина и тибетского монаха. Потом слухи ходили, что его подменили в Монголии тибетские монахи и ещё какая-то чепуха. Точно можно писателя, учёного с мировым именем заменить кем-то там…» 

Иван Антонович действительно был большим знатоком восточной культуры и истории, и прекрасно знал первоисточники, которые так любят цитировать адепты мистических культов. Но не следует забывать, что Ефремов всегда оставался выдающимся учёным и убеждённым материалистом. У него хватало недоброжелателей и завистников. Маститый учёный, автор романов, повестей и рассказов, которые зачитывали до дыр несколько поколений, он был фантастически удачлив в исследованиях. Его экспедиции всегда привозили богатейший научный материал. Такая удачливость не могла не навести романтически настроенных поклонников Ивана Ефремова на рассуждения об его экстрасенсорных способностях.

          Впрочем, вот что писал он сам:

    

     «…Как мне рассказывали мои коллеги-геологи,  ведшие поиски алмазов, они  таскали  в  своих  полевых  сумках  книжку  рассказов с «Алмазной Трубой».  Секрет этого удивительного на первый взгляд прогноза  прост: будучи  сибирским  геологом,  я,  несколько  лет  занимаясь тектоникой

древних  щитов,  подыскал  геологические  условия,  очень  близкие   с африканским  щитом,  после  того,  как  многие  годы изучал Африку.  В

рассказе  я  придумал  находку   трубки   геологическим   отрядом,   в

приключения которого вложил испытанное в собственных маршрутах, как то сделал в «Гольце Подлунном».  Разумеется,  я принял  во  внимание  все

известные  по  тому  времени  факты:  существование  зоны  повышенного

давления под Сибирской платформой,  аномалии силы тяжести и интрузии  тяжелых  основных  пород,  описал,  что основными спутниками алмазов должны быть алые гранаты — пиропы,  а  вмещающими  породами кимберлиты.

        Все это до такой степени точно совпало  с  найденными  двенадцать

лет  спустя  месторождениями,  что  фантастический  рассказ  «Алмазная

Труба» стали рассматривать как научный  прогноз.  Нашлись  даже  люди,

которые  обвинили  меня  в присвоении чужих открытий…

    …. Я привожу здесь этот случай в качестве курьеза. Пожалуй, это

первый   раз,  что  автор  научно-фантастического  рассказа  подвергся

обвинению,  хотя бы и клеветническому,  в присвоении  чьей-то  научной

теории!  Правда,  в  1945  году  англо-американского научного фантаста

Олафа  Степльдона  ФБР  обвинило   в   разглашении   сверхсекретнейшей

информации  об  урановой  бомбе,  тогда  еще  «Манхеттенском проекте».

Степльдону  удалось  доказать,  что  фантастическое   описание   бомбы

опубликовано им еще в 1932 году, когда даже сам Эйнштейн не помышлял о техническом осуществлении уранового взрыва…»

 

(Из предисловия Ивана Ефремова к  своему собранию сочинений.)

 

      Художественная литература давала Ефремову-учёному возможность захватывающего полёта фантазии. То, чего он не мог себе позволить в рамках научных публикаций, прорывалось в повестях и рассказах, где он сопоставлял  факты и строил неожиданные гипотезы. Стоит ли удивляться, что нередко фантаст Ефремов попадал в самую точку, значительно опережая  своё время…

       Но вчитаемся пристальнее в менее известную широкому кругу читателей книгу Ефремова.  «Дорога ветров», так называется книга, в которой Иван Антонович подробно рассказал о своих гобийских экспедициях. Хотя, похоже, о многом ему, по известным причинам, пришлось умолчать…

 

        «…Первые  находки  костей  ископаемых животных в Центральной Азии сделал наш геолог-путешественник, покойный академик В.  А. Обручев.   Во  впадине  Кульджин-Гоби,  в  пределах  Внутренней Монголии, на склонах обрывов, в  лабиринте  оврагов  и  промоин сохранились  кости  титанотериев  и  водных  носорогов,  живших тридцать миллионов лет назад...

         …частные пожертвования дали возможность большой Центрально-азиатской  экспедиции,  организованной  Нью-Йоркским музеем  естественной  истории,  проработать  несколько  лет  во Внешней  и  Внутренней  Монголии.  Открытия,   сделанные   этой экспедицией:   яйца   динозавров,   древнейшие   млекопитающие, множество огромных титанотериев со странными выростами черепа и ряд скоплений остатков более мелких ископаемых животных, —  все это  имело  крупный  научный  интерес  и  сопровождалось шумной рекламой, способствовавшей сбору денег…

     Я помню массивный том, который вышел в  те годы  Сколько  раз  я осторожно   переворачивал   вклейки   великолепных  фотографий, задумчиво  смотрел  на  горделивое  заглавие  «Новая  победа  в Центральной Азии».

     Сменялись изображения грозных барханов, процессий легковых автомобилей  с звездными флагами, громадны верблюжьих караванов и  роскошных  завтраков  с  салфетками  и  бокалами   на   фоне пустыни… Описание работы экспедиции носило рекламный характер и  занимало весь толстенный том, в котором затерялись, отступив на  задний   план,   немногочисленные   страницы,   посвященные собственно научным открытиям…

     … Районы,  где американские  исследователи  нашли  самые   богатые   скопления костей,  были  описаны  своеобразно.  Как  будто  бы все нужные сведения сообщались в книге, но в то же время не  было  никакой возможности  определить  точное  географическое  положение этих мест.

     Я вспомнил, что этот недостойный ученых маневр удивил меня еще тогда,  когда  я  совершал  свои  первые  шаги  в  науке  и восторгался успехами американской экспедиции...»

 

(Из книги И.А. Ефремова «Дорога ветров»)

 

      …Руководил упомянутой Иваном Антоновичем американской экспедицией большой энтузиаст палеонтологии Рой Чемпен Льюис. В какой-то степени он напоминал Шлимана, поставившего перед собой ещё в 19 веке задачу доказать, что Троя реально существовала, а не являлась придумкой Гомера. Рой Чемпен Льюис был не столько серьёзным учёным, сколько талантливым энтузиастом и человеком, не менее предприимчивым, чем Шлиман.

       Чуть позднее отправляется в Тибет Николай Рерих, наивно принимающий за аборигена скандально известного чекиста Якова Блюмкина, который сопровождал экспедицию, конечно же, не из простого любопытства. Загадочная Шамбала, привлекала позднее и немецких нацистов…

        Иван Антонович вёл счёт научным открытиям, которые предсказал в своих рассказах. Как он и предвидел, на Алтае обнаружилась ртуть, продвинулось вперёд научное решение проблемы накопления тяжёлой воды, которую Ефремов затронул в рассказе «Встреча над Тускаророй», сам создатель практической голографии Денисюк рассказывал, что к открытию его подтолкнул рассказ Ефремова «Тень минувшего»…

       Что же касается романов, то для нескольких поколений они превратились в настольные книги, определяющие творческий и жизненный путь читателей.

        Практически, вся творческая жизнь Ефремова пришлась на противоречивые времена нашей истории. В науке, увы, не только совершались выдающиеся открытия, но и плелись вероломные интриги, сопровождающиеся доносами, обысками и арестами. Нередко бездарности и аферисты захватывали ключевые посты и прорывались к руководству целыми отраслями науки. Ефремов готовит себя к худшему, он делает всё, чтобы избежать ареста. Именно в это время он уничтожает семейные архивы, переписку с друзьями и оставляет подробные инструкции супруге: что ей делать, как жить, если она останется одна…

    «… Да, Иван Антонович меня предупреждал в своём письме…– рассказывает вдова писателя Таисия Иосифовна. –  Вернее в книжечке советов, он меня предупреждал. Там такой у него есть отдел – «для тебя самой»… Что, пока ты со мной, тебя не тронут… Если самого не тронут… А оставшись одна, ты подвергаешься любой опасности. Может придти к тебе кто-то, прикинувшись твоим, или моим другом, или участником экспедиций каких-нибудь… В общем,  он меня предупреждает, что «ты вспыльчива, что ты можешь сказать… что ты можешь вспылить и сказать что-то, и тебя могут обвинить в чём угодно…»

 

    … Обыск и вправду случился, но значительно позже, сразу после смерти писателя, в 1972 году…

 

   «…Один из них сказал: «по нашим сведениям у вас в доме имеется вредная идеологическая литература», – рассказывает Таисия Иосифовна. – Я говорю: «Ну, ищите». И они начали искать… —  Таисия Иосифовна показывает на книжные полки. —  Отсюда начали, и пошли по всем этим книжкам. Металлоискатель они применяли… рентген у них был. Портрет, все картины они рентгеном прошлись. Рентген у них какой-т о вот такой, маленький был… — Таисия Иосифовна обозначает руками размеры спецаппарата. – И металлоискатель какой-то кругленький был… Я всё время только говорила… сидела и говорила: «вот бы геологам такой металлоискатель!..»

 

       Что искали чекисты после смерти Ивана Антоновича? Подтверждения доносам завистников, что Ефремов – английский шпион? Но это надо было делать при  его жизни!.. Какой смысл доносить на покойника, который уже никому не мешал и не стоял поперёк дороги?..

      А может быть искали кое-какие материалы экспедиций в Гоби, о разглашении которых в те времена и речи быть не могло?..

 

 НАХОДКА НА РЕЧКЕ ХАРГАНАИК-ГОЛ.

 

     Почти шестьдесят лет прошло со времени экспедиций Ефремова в Гоби.

     Писатель Владимир Щербаков, немало занимавшийся загадками истории, обратил внимание на таинственный эпизод, описанный Иваном Антоновичем в книге «Дорога ветров»:

     « … По широким зеленым холмам с  могильниками  мы  доехали  до следующей речки Харганаик-гол («Речка черных обрывов»). Едва мы спустились в ее долину, как чувство безнадежности охватило нас. Широким  разливом быстро мчалась прибывающая вода. Мы принялись исследовать  брод,  сняв  сапоги  и  шлепая  по  воде,  сначала достигавшей немного — выше щиколоток

       Машины  выстроились  в  ряд  у подошвы широкого склона, по

которому вверх к гранитным  скалам  тянулись  могильники.  Меня осенила счастливая мысль. Двадцать один человек — состав нашего отряда — представляли собою серьезную рабочую силу, и ее можно было  использовать  для раскопки одного из могильников в помощь монгольским археологам…

На мрачной равнине с шатровыми останцами  я  увидел древние могильники. Они настолько вросли в почву, что  были  заметны  только  издалека,  с  возвышенности. Очевидно,   эти   гранитные   надгробия   в  виде  поставленных вертикально  остроугольных  глыб  или  кругов  из  камней  были древнее  всех  других. Ниже по долине  у русла   речки  появились  очень  плоские  зеленые  холмики,  на вершинах  которых   круглые   или   квадратные   могильники   с вертикальными  плитами  до двух метров высоты. А у подошвы скал по обеим сторонам долины  непрерывной  цепью  тянулись  меньшие могильники.  И  так —  на тридцать километров пути!..»

 

(Из книги И.А. Ефремова «Дорога ветров»)

 

        Гоби…Тибет… Эти регионы привлекали внимание крупнейших держав… Одну за другой посылал экспедиции на поиски сакральных фетишей бесноватый фюрер. Идеологическая машина третьего рейха требовала подтверждения своих теорий об избранных наследниках арийской расы и сверхчеловеках будущего. Посланцы третьего рейха искали Агарти и Шамбалу, о чём не могли не знать Советские спецслужбы. У нас зорко следили за действиями рейха и не могли не интересоваться изотерической подоплёкой фашистской идеологии. К тому же, атеизм, требовал развенчания религиозных постулатов, возможно, поэтому в самые тяжёлые годы не прекращались работы в загадочных горах и пустынях. После Великой Отечественной Войны пустыню Гоби исследуют палеонтологические  экспедиции, возглавляемые Ефремовым.

        Так может быть, Ефремов нашёл то, что с таким упорством искали его предшественники?..

 

      «…Мы наметили большой  кольцевой  могильник  около  тридцати метров диаметром, с четырьмя огромными вертикальными глыбами, установленными против стран света по периметру круга. В  центре лежал маленький холмик замшелых камней.

     Я  произнес  короткую  речь об археологических раскопках и постарался  картинно  расписать  замечательные  случаи  находок драгоценных  кладов.  В каждом участнике экспедиции пробудилась душа кладоискателя. Через несколько  минут  рабочие,  шоферы  и научные сотрудники бешено раскидывали камни на холмике. Никогда еще работа не производилась с таким азартом, но холмик оказался предательским. Под насыпью сравнительно мелких камней пошли все более  укрупнявшиеся  плиты,  которые мы отворачивали с большим трудом. Плиты были уложены шатрообразно в четыре  слоя,  и  все промежутки  между  ними забиты камнями…»

 

(Из книги И.А. Ефремова «Дорога ветров»)

        Вообще, надо отдать должное руководству Советского Союза, которое  уже в двадцатых годах прошлого века проявляло интерес ко всему новому и перспективному. Именно поэтому в Африку отправляется профессор Иванов, чтобы доставить в Россию обезьян, для экспериментов, связанных с трансплантацией органов, в целях омоложения и продления жизни. Так появился Батумский обезьяний питомник, поставлявший обезьян для самых разнообразных медицинских экспериментов.

        Той же проблемой омоложения, но уже с помощью переливания крови, занимался видный революционер, оппонент самого Ленина Александр Богданов (Малиновский)|. Именно он организовал в Москве «Институт переливания крови», в результате деятельности которого на полях Великой Отечественной Войны были  спасены сотни тысяч наших бойцов. В начале двадцатого века Богданов написал обогнавшие своё время фантастические романы «Красная звезда» и «Инженер Менни», о пребывании на Марсе русского революционера, поражающегося достижениям высокоразвитой марсианской цивилизации.

     Кстати, «не брезговали фантастикой» и другие наши учёные, тот же Константин Эдуардович Циолковский, или упомянутый Ефремовым академик Обручев, романы которого «Плутония» и «Земля Санникова» зажгли жаждой познания сердца тысяч юных читателей…

 

     «…Теперь «зашифрованные» местонахождения американцев нам не были нужны. Мы пойдем другим путем — за четверть века развития советской  науки  у  нас  выработались  свои методы! Мы изучили закономерности тех процессов, которые формируют в истории Земли страницы  геологической  летописи, —  те  пласты,  слои  горных пород,  в  которых  захороняются,  превращаются  в камень, сами становясь частью породы,  остатки  древних  вымерших  животных. Узнали,  что  большие скопления окаменелых костей образуются не случайно, а в  результате  совпадения  совершенно  определенных процессов, которые можно учесть. Узнали, что распределение этих местонахождений   в   пластах   земной   коры  также  подчинено определенным  законам,  изучением  которых   занимается   новая отрасль геологических наук — тафономия…

 

(Из книги И.А. Ефремова «Дорога ветров»)

          В девяностых годах прошлого века было принято замалчивать успехи отечественной науки Советского Периода. Но ведь именно при советской власти были поддержаны работы в области дирижаблестроения и космонавтики Циолковского, небывалых высот достигла система образования, а наше авиастроение было на самом высоком уровне. Да и ракетной техникой в нашей стране занялись не намного позже, чем в Германии, наиболее передовой, в техническом отношении, стране того времени. Поэтому не случайны были и наши успехи в освоении космоса. А то, что это делалось, прежде всего, в оборонных целях, вряд ли кого-нибудь может удивить. Разве Фон Браун создавал свои «Фау-2» не для бомбардировки Лондона?! Или не в военных целях были использованы достижения ядерной физики, когда американцы сбросили атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки?!

      Не стояла на месте в Советском Союзе и палеонтология, хотя в ней было всё, ох, как непросто. Увы, в советской науке того времени нередко «правили бал» такие лжеучёные как Лысенко, а репрессиям подвергались подлинные творцы и новаторы, такие как Вавилов, Туполев, Королёв…

 

«…отчетливо  видишь  на  окаменелых  костях следы заживших ран  —  сломанных  и  сросшихся  переломов,  отметины странных  заболеваний.  Кажется,  что  с  глаз спадает какая-то пелена, и они глядят прямо  в  глубину  времени,  а  современная человеческая  жизнь соприкасается с прошлым, давно исчезнувшим, но совершенно реально осязаемым. И  тогда  приходит  отчетливое понимание,  насколько важно познание прошлого. Без этого знания мы никогда не поймем, как появились, как исторически  сложились»

 

(Из книги И.А. Ефремова «Дорога ветров»)

 

     Иван Антонович понимал, но не принимал правил игры, царивших во многих областях науки Страны Советов. Он избегал ненужных конфликтов, предпочитая не метать бисер перед свиньями, но никогда не старался угодить власти. При этом он был подлинным патриотом и государственником. И  не его вина, что он жил в такие времена. Ведь как сказал поэт:

ВРЕМЕНА НЕ ВЫБИРАЮТ,

 В НИХ ЖИВУТ И УМИРАЮТ…

 

       Ефремов искренно разделял со своим народом коммунистические идеалы и талантливо проповедовал их, сверяя с общечеловеческими ценностями. Может быть, поэтому, после «Туманности Андромеды» бдительные цензоры «проморгали» «Час Быка». А Иван Антонович в очередной раз угадал, что  именно в этот исторический момент общество готово, наконец, понять то, что он давно собирался ему сказать…

 

      «…Как его напечатали, для всех остаётся загадкой, — рассказывает Таисия Иосифовна. – Но его напечатали. Сперва, в журнальном варианте… «Техника молодёжи» очень сократила журнальный вариант, а журнал «Молодая Гвардия» опубликовал подробно, там не так много было сокращений. А потом, в семидесятом году вышла книжка… Ну, и после этой книжки началось… Вышло так, что и на «Молодую Гвардию», на журнал, и на «Молодую Гвардию», издательство, стали нападать…»

 

        И этот ответный шаг власти предугадал Иван Антонович. Запрещение книги только способствовало её популярности, с одной стороны, а с другой – повышало доверие к каждому написанному там слову. Это было другое время, другие читатели. Они рассуждали: «раз запрещают – значит, правда, значит действительно стоит прочитать!».

 

            «… Последнюю плиту сначала хотели  зацепить  машиной,  но  все  же  соединенными  усилиями подняли  и  отвалили  в  сторону. Под ней оказалась еще большая плита, в шесть квадратных  метров,  которую  ни  ЗИС,  ни  весь состав  нашей  экспедиции  не  смогли  бы перевернуть. Пришлось копать рядом с плитой траншею и подходить под нее сбоку.

        Непосредственно под плитой в слое рыхлого  песка  оказался скелет  мужчины  громадного  роста  старше  шестидесяти лет. Он лежал на спине головой на запад, с  запрокинутым  вверх  лицом...»

 

(Фрагмент из книги И.А. Ефремова «Дорога ветров»)

 

            Несомненно, Ефремов прекрасно понимал текущий момент и взвешивал каждое слово, не только в своих художественных произведениях, но и в научных монографиях и отчётах. Учитывая километраж его экспедиций по интереснейшим, в палеонтологическом и археологическом отношении районам Земли, фантастическую научную интуицию, о которой ходили легенды, можно предположить, что далеко не все находки нашли отражение в отчётах.

        В произведениях Ивана Антоновича можно найти немало намёков на то, что он был уверен в немалых достижениях древних цивилизаций…

 

«… Я убежден, что торговые и культурные связи  древности  гораздо  шире, чем мы представляем по неполной исторической документации. В основном наша беда в плохом знании исторической географии Востока,  которая  еще  только начинает открываться европейцам. Каждое крупное  археологическое  открытие приносит неожиданное «углубление» культур и усложнение связей обмена между отдаленными и труднодоступными областями обитаемой суши — Ойкумены.

      Особенные  неожиданности  таят  в  себе   методы   антропологического изучения скелетного  материала  в  погребениях.  Безвременно  умерший  наш антрополог   и   скульптор   М.М.Герасимов   положил   начало   портретным реконструкциям  типов  древних  людей,  и  это  сразу  же  принесло  очень интересные открытия.

Из одного древнейшего парного погребения неолита, содержащего останки мужчины и  женщины,  М.М.Герасимов  восстановил  два  различных  портрета, женщины с тонкими  монголоидными  чертами,  скорее  всего  —  китаянки,  и европеоида  южного  типа  —  арменоида.  Китаянка   и   арменоид,   вместе похороненные в Воронежской области, — прекрасный пример того,  как  далеко могло заходить смешение народов в самой незапамятной древности…

Некоторые  удивительные  находки,  неизвестные прежним историкам, я считаю лишь  первыми  свидетельствами  очень  больших умозрительных открытий прежних цивилизаций. Счетная машина  для  планетных орбит существует на самом  деле;  хрустальные  линзы  тщательной  шлифовки найдены в Междуречье и даже в Трое; счет времени у индийцев,  достижения врачевания, астрономии и психофизиологии   известны в исторических свидетельствах и в древних философских книгах...»

    

(Из предисловия И.А. Ефремова к роману «Таис Афинская»)

         С интересом Ефремов относился к сведениям о загадочной Шамбале и тибетских отшельниках-мудрецах, о которых он упоминает не только в романе-эксперименте «Лезвие бритвы», но и в историческом романе «Таис Афинская».

         Очевидно одно: тайна Ивана Антоновича Ефремова ещё не раскрыта. Неуловимым духом её пропитана каждая страница его книг. Её надо искать именно там, внимательно вчитываясь в его романы, рассказы, письма, где она прячется между строк и туманно отражается в намёках. Ведь прав был другой таинственный русский писатель: «РУКОПИСИ НЕ ГОРЯТ»…

        « … Странным  образом  у  скелета  отсутствовали  кисти  обеих рук. Вместе с покойником не было найдено абсолютно ничего. Ни одного осколка посуды, обломка оружия, следов каких-либо украшений или одеяний, так как  если  бы  человек  был  похоронен  совершенно голым.   Высказывались   предположения,   что   тут  похоронили какого-то раба или врага, но в таком случае все это  гигантское сооружение  было  бессмысленным.  Такие  огромные  плиты  могли перетаскиваться лишь доброй сотней человек, и то под кнутом…

     Мы взяли  череп,  бедро  и  необыкновенно   массивные   поясничные позвонки.   Судя   по  черепу,  покойник  был  не  монголом, а представителем европейской расы

         С  большой  осторожностью  мы упаковали кости, пролежавшие под плитой около трех тысяч лет, и передали их впоследствии археологам экспедиции профессора С. В. Киселева… » 

 

(Из книги И.А. Ефремова «Дорога ветров»)

       Историки и археологи ещё очень многого не знают об исчезнувших цивилизациях. Связь культур Евразии и Америки, загадочная общность санскрита и языка древних славян, таинственные отголоски древнейших знаний, дошедшие до наших дней, невольно заставляют вспомнить гипотезу о цикличности цивилизаций, популярную в начале двадцатого веков. Кто же был  европеоид, обнаруженный последней экспедицией Ивана Ефремова в Гоби?!

       Владимир Щербаков предполагал, что Ефремов обнаружил останки одного из протоариев. По версии Щербакова именно они принесли из Азии через Северное Прикаспие и Северный Кавказ цивилизацию в Скандинавию, а позднее в Западную Европу и Россию…

      «… Раскопки закончились, но, вычислив вес нашего снаряжения, продовольствия, горючего и коллекции, я  установил, что можно взять ещё около трёхсот килограммов… Десятки тонн интереснейших находок мы увозили из этой безвестной котловины. Но ценнее всех находок было само открытие этих неслыханных палеонтологических сокровищ. Мы стояли  перед ещё большими открытиями, а мои учёные друзья сделали всё от них зависящее, чтобы замолчать успехи экспедиции…»

 

(Из книги И.А. Ефремова «Дорога ветров»)

        Да, взаимоотношения с коллегами у Ефремова складывались, мягко говоря, не простые. Вот фрагменты одного из писем Ефремова директору палеонтологического института Орлову, от 31 января 1962 года:

 

       «Глубокоуважаемый Юрий Александрович!

  … Вы, фактически дали мне понять, что не заинтересованы в моём возвращении в палеонтологический институт. Если возможность того, что я могу перейти дорогу кому-то в членкоры, благо есть вакансия, то сколько раз я говорил, что никогда больше не выставлю своей кандидатуры, поскольку один раз академия её уже отвергла.

  … Если вы отнеслись к этому как типичный служащий недоброй памяти эпохи, то это тоже свидетельство ацедии – страшного равнодушия человека.

  … Мне кажется, что я в науке нужен в любом качестве, если это не так представьте доказательства и я соглашусь с вами. Только не надо тайных вывертов, подземных ходов и дискредитирования «помаленьку».       

 

(Из книги И.А. Ефремова «Дорога ветров»)

 

       К сожалению, многие молодые читатели или не знают творчества Ефремова, или относятся к нему с некоторым предубеждением. Но какая, в сущности, разница, как будет называться справедливое и гармоничное общество будущего, без построения которого человечество погрязнет в бесконечных кризисах и войнах?! Ведь даже западные критики и читатели поняли и приняли гуманную направленность романа «Туманность Андромеды», отметив «прозорливое предвидение лучшего будущего». Недаром изданная во Франции в 1970 году десятитомная серия «Шедевры мировой фантастики» открывалась «Туманностью Андромеды» Ивана Ефремова!..

       Правильно поставленное воспитание – единственный путь формирования нового человека – вот мысль, проходящая через «утопии» Ефремова. Когда творческий труд становится потребностью, когда человек побеждает эгоистическое начало и осознаёт себя не только самобытной личностью, но и частичкой Человечества, лишь тогда возможно гармоничное общество. Лишь такое общество забудет о войнах, и только такое общество будет достойно вступление в Великое Кольцо Миров, объединяющее братьев по разуму.

        Главное – воспитывать в подрастающих поколениях веру в высокое предназначение человека, в победу разумного и духовного в человеке над эгоистическими животными инстинктами.

         Разве не к этим идеалам стремится Человечество сейчас, более чем через пятьдесят лет после первой публикации «Туманности Андромеды»?!  Люди не могут жить без идеалов и целей. Когда их нет, начинаются шараханья в алкоголизм, наркотики, сатанинские и прочие секты. В перестроечной борьбе было ввергнуто в забвение немало достойного передачи будущим поколениям. Как это бывает – «вместе с водой выплеснули и рыбу». Но хочется надеяться, что наследие Ивана Антоновича Ефремова, столетие которого будет отмечается в 2008 году, ещё долго будет служить ориентиром на непростом пути Человечества в Будущее…

                                                                                                          5 февраля 2008г.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *